РУСБОЙ. ПЕРВОПРИНЦИП-СИСТЕМ@СИСТЕМА-ПЕРВОПРИНЦИПА. ОСЬМАВА. СТИЛИ. ЖИЗНИ. СПЕЦНАЗ. ИНФОПОРТАЛ-ФОРУМ

<a href=\"http://www.rusboj.ru\" target=\"_parent\">вернуться на сайт РУСБОЙ</a>
Текущее время: 19-10, 17:16

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 3 ] 
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 22-03, 04:15 
Не в сети
ст. лейтенант
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 29-12, 15:45
Сообщения: 183
Откуда: где угодно вольному воля, невольному рай
Во времена "холодной войны"

В мае 1945 г., после безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии, вторая мировая война в Европе закончилась. Однако отношения между бывшими союзниками трудно было назвать хорошими. Если среди рядовых солдат и офицеров армий стран-победительниц преобладали чувства доверия и благодарности друг к другу, то руководители государств "большой тройки" подобных чувств не испытывали.

Впрочем, для большинства сотрудников советской военной и политической разведок предстоящая смена ориентиров в работе не явилась неожиданностью. Как разведка НКВД- НКГБ, так и ГРУ начали собирать информацию по западно-европейским странам и США еще в разгар военных действий. Поэтому указание активизировать работу по США, которые с того времени стали считаться "главным противником", они восприняли как само собой разумеющееся. В июне 1945 г. в связи с новыми задачами была проведена очередная реорганизация советской военной разведки. Разведывательное управление (РУ) Генштаба РККА и Главное разведывательное управление (ГРУ), находившееся в непосредственном подчинении наркома обороны, объединили в Главное разведывательное управление (ГРУ) ГШ Красной Армии. Новым начальником военной разведки назначили генерал-лейтенанта Ф.Ф.Кузнецова, до этого занимавшего должность начальника РУ Генштаба.

Хотя Ф.Ф.Кузнецов и не был профессиональным военным, но за годы войны он получил необходимый опыт и сумел переориентировать военную разведку на решение новых задач. Этому в значительной мере способствовали его личные связи в высоких партийных, государственных и военных кругах. Даже предательство в сентябре 1945 г. шифровальщика канадской резидентуры ГРУ И.С. Гузенко (после его бегства была разгромлена занимавшаяся атомным и промышленным шпионажем агентурная сеть, что вынудило многих хорошо законспирированных нелегалов покинуть Северную Америку, а некоторых агентов в Западной Европе прекратить сотрудничество с советской разведкой) не сказалось на положении Ф.Ф.Кузнецова лично и авторитете военной разведки в целом.

Но уже на следующий год по инициативе В.Молотова, в то время министра иностранных дел СССР, Сталину представляют проект перестройки всей структуры советской разведки — как военной, так и политической. Для этого предполагалось объединить внешнюю разведку МГБ и ГРУ в Комитет информации (КИ), который бы осуществлял руководство всей разведывательной деятельностью за рубежом. Обосновывая свою позицию, В.Молотов ссылался на американцев — в феврале 1947 г. они создали ЦРУ, объединившее и гражданские, и военные разведслужбы. По мнению В.Молотова, в будущем это дало бы США значительные преимущества перед советской разведкой. Для обсуждения предложения Молотова создается специальная комиссия ЦК ВКП (б) во главе с А.А.Кузнецовым. В результате в марте 1947 г. Комитет информации был учрежден, а в сентябре 1947 г. в него вошли добывающие и аналитические управления ГРУ. Впрочем, в структуре военного министерства все же осталась небольшая специальная разведывательная и диверсионная служба, которую с сентября 1947 по январь 1949 г. возглавлял Н.М.Трусов.

Первым руководителем КИ (в/ч 15618) стал В.Молотов, в 1949 г. его сменил А.Вышинский, а затем Я.Малик и В.Зорин. Но поскольку они не являлись профессиональными разведчиками, всю основную работу выполняли первые заместители председателя КИ — П.В.Федоров (1946-1949), С.Р.Савченко (1949-1953) и В.С.Рясной (1953), пришедшие в КИ из органов госбезопасности. Хотя официально КИ находился под непосредственым руководством Совета Министров, назначение В.Молотова его первым председателем позволило Министерству иностранных дел оказывать огромное влияние на разведку за рубежом. Стремясь усилить это влияние, В.Молотов добился того, чтобы послы в ряде крупных стран были назначены так называемыми главными резидентами с предоставлением им права осуществлять руководство как политической (ранее ПГУ МГБ), так и военной (бывшее ГРУ) разведкой. Первым из них стал бывший сотрудник ИНО НКВД А.С.Панюшкин, в 1947-1951 гг. он являлся послом СССР в Вашингтоне. Но если А.Панюшкин как профессионал соответствовал новой должности, то многие другие послы были просто некомпетентны в разведывательной работе. Перебежчик И.Джирквелов, работавший в это время в Управлении КИ по Ближнему и Дальнему Востоку, в свой книге "Секретный сотрудник", вышедшей в Лондоне в 1987 г., писал:

"Реорганизация привела к большой путанице и неразберихе. Резиденты, профессиональные разведчики, шли на самые невероятные уловки, чтобы не информировать о своей работе послов, поскольку дипломаты имеют о разведке и ее методах лишь приблизительное, дилетантское представление".

Таким образом новая разведывательная структура оказалась малоэффективной. П.А.Судоплатов, занимавший в то время должность начальника диверсионной службы МГБ, утверждал, что "при новой системе любые запросы о содействии от высшего военного командования или Министерства госбезопасности сначала поступали к Сталину, а затем к Молотову как к главе Комитета информации, а это, естественно увеличивало поток бюрократических бумаг и неизбежных согласований, затрудняя процесс принятия решений". Что касается рядовых сотрудников разведки, то об их реакции на создание КИ можно судить по воспоминаниям сотрудника ПГУ КГБ В.Павлова:

"Объединение двух разноплановых служб — политической разведки и разведки военной — оказалось нежизненной затеей. Резкое различие в стиле работ двух составных частей новой организации быстро привело к тому, что деятельность новой разведывательной структуры оказалась малоэффективной. Наши военные коллеги долгое время не могли привыкнуть к тому, что возникающие проблемы можно с начальством обсуждать, высказывать свои оценки, расходящиеся с точкой зрения руководства. У них же все было поставленно на свой лад: начальник дает указание, подчиненный выполняет без рассуждений, не говоря уже о возражениях. Так, их планы вербовки агента звучали для нашего уха по меньшей мере странно: "Приказываю осуществить вербовку "имярек". Далее предписывались сроки, назначались исполнители и так далее. А главное — все безапелляционно. В таких условиях нашим военным коллегам выполнять свою работу и легче, и труднее. Легче, поскольку ответственность за правильность и успех плана-приказа ложилась не только на исполнителя, но и на человека, отдавшего приказ; труднее потому, что это как бы исключало для оперативного работника возможность психологического маневра. Между тем в разведывательной деятельности приходится учитывать многие факторы, которые появляются либо постфактум, либо, в лучшем случае, в процессе выполнения операции. А это несовместимо с жесткими рамками приказа.

Нам первое время нелегко было контактировать с военными разведчиками: на наши соображения они, как правило, отвечали "так точно", если эти соображения высказывались от имени начальства, или ожидали от нас беспрекословного принятия к исполнению установок, когда те исходили от должностных лиц, стоявших выше в табели о рангах.

Но скоро военные убедились в преимуществах нашего стиля, почувствовали свободу для проявления собственной инициативы, ощутили и реальную пользу от расширения возможностей разведывательного творчества. Когда стало известно о расформировании Комитета информации, многие из сотрудников ГРУ сокрушались по поводу того, что им придется возвращаться к прежним военным стереотипам, снова отвечать "так точно" даже тогда, когда решение, принимаемое начальством, явно грешило ошибками. Допускаю, что и у наших военных коллег, в свою очередь, возникали критические замечания по поводу того, что у нас, сотрудников внешней разведки МГБ, не всегда было все в порядке с исполнительной дисциплиной, точностью в реализации планов и решений.

Период существования КИ был отмечен снижением уровня четкости и оперативности в решении возникавших проблем внешней разведки. Особенно, если они, эти решения, относились к компетенции руководства, которое было далеко от специфики разведывательной деятельности и многого просто не могло понять. Молотов, Вышинский, Зорин, Малик мало вникали в дела этой важной для государства структуры и передоверяли практическое руководство своим заместителям — профессионалам разведки, которые, однако, не всегда обладали нужными полномочиями.

Поэтому все мы, оперативные работники, были рады возвращению, так сказать, на исходные позиции — одни в органы госбезопасности, другие в Генштаб вооруженных сил".

Разумеется, такое положение дел совершенно не устраивало Генеральный штаб, который утверждал, что военной разведке в КИ отведена подчиненная роль. В результате к концу 1948 г. министру обороны СССР Н.А.Булганину после продолжительных споров с В.Молотовым удалось добиться для военной разведки полной самостоятельности. С января 1949 г. все добывающие и аналитические подразделения военной разведки вновь были возвращены в Генеральный штаб в состав 2-го Главного разведывательного управления, начальником которого назначили опытного штабного работника генерала армии М.В.Захарова.

Что касается дальнейшей судьбы КИ, то после того, как военная разведка была возвращена в Генеральный штаб, министр МГБ В.Абакумов при поддержке Л.Берии начал борьбу с целью вернуть себе контроль за внешней разведкой. Так, в конце 1948 г. в МГБ было возвращено управление советников в странах народной демократии, на следующий год — отделы, работавшие по русской эмиграции и советским колониям за рубежом, в 1951 г. — дешифровальное управление. В конце концов за КИ остались только аналитические функции, а в 1953 г. он был окончательно расформирован.

Начало 1950 г. стало временем первого открытого конфликта между СССР и США. И уже в июне 1950 г. сотрудникам вновь образованного ГРУ пришлось впервые столкнуться с американской армией, предпринявшей боевые операции в Корее. Здесь надо отметить, что в начале войны добывающими и аналитическими подразделениями ГРУ были допущены серьезные промахи в оценке сложившейся в Корее ситуации. Так, в период боев в июле-сентябре 1950 г., когда южнокорейские и американские войска удерживали только небольшой плацдарм в районе города Пусана и победа армии КНДР казалась неизбежной, разведка не смогла отследить подготовку противником крупного десанта в тыл наступающей северокорейской армии. В результате американские части не только прорвали фронт северокорейских войск, но и к концу октября 1950 г. смогли на отдельных направлениях выйти к китайской границе. Тогда положение спасло выдвижение на территорию КНДР значительных подразделений китайской армии, которые к апрелю 1951 г. стабилизовали ситуацию. Впрочем, были у ГРУ за три года войны в Корее и несомненные успехи, особенно в добывании образцов новой американской военной техники. Так, в сентябре 1951 г. с помощью советских летчиков, воевавших в Корее, удалось доставить в СССР новейший американский истребитель F-86 "Сейбр". А в 1953 г. в Москву были переправлены американские танки М24 "Чаффи" и М46 "Паттон I".

В 1952 г. руководство СССР, проанализировав первые итоги "холодной войны", начавшейся после знаменитой речи У.Черчилля в Фултоне 6 марта 1947 г., внесло в деятельность разведки некоторые коррективы. Об их содержании можно судить по замечаниям И.Сталина, сделанным им на заседании Комиссии по реорганизации разведывательной и контрразведывательной служб МГБ СССР в ноябре 1952 г. И хотя эти замечания относятся к политической разведке, они также отражают и задачи, поставленные перед разведкой военной:

"В разведке никогда не строить работу таким образом, чтобы направлять атаку в лоб. Разведка должна действовать обходом. Иначе будут провалы, и тяжелые провалы. Идти в лоб — это близорукая тактика.

Никогда не вербовать иностранца таким образом, чтобы были ущемлены его патриотические чувства. Не надо вербовать иностранца против своего отечества. Если агент будет завербован с ущемлением патриотических чувств — это будет ненадежный агент.

Полностью изжить трафарет из разведки. Все время менять тактику, методы. Все время приспосабливаться к мировой обстановке. Использовать мировую обстановку. Вести атаку маневренную, разумную. Использовать то, что бог нам предоставляет. Самое главное, чтобы в разведке научились признавать свои ошибки. Человек сначала признает свои провалы и ошибки, а уже потом поправляется.

Брать там, где слабо, где плохо лежит. Исправлять разведку надо прежде всего с изжития лобовой атаки. Главный наш враг — Америка. Но основной упор надо делать не собственно на Америку.

Нелегальные резидентуры надо создавать прежде всего в приграничных государствах. Первая база, где нужно иметь своих людей — Западная Германия. Нельзя быть наивным в политике, но особенно нельзя быть наивным в разведке. Агенту нельзя давать такие поручения, к которым он не подготовлен, которые дезорганизуют его морально. В разведке иметь агентов с большим культурным кругозором — профессоров. Разведка — святое, идеальное для нас дело.

Надо приобретать авторитет. В разведке должно быть несколько сот человек-друзей (это больше, чем агенты), готовых выполнить любое наше задание".

Впрочем, претворял в жизнь новые задачи военной разведки уже не М.В.Захаров, назначенный в июне 1952 г. на должность главного инспектора Советской Армии, а очередной начальник ГРУ, кадровый военный разведчик генерал-полковник М.А.Шалин, которого в августе 1956 г. сменил генерал-полковник С.М.Штеменко, в 1948-1952 гг. он был начальником Генерального штаба и прекрасно разбирался в том, какая ему нужна разведывательная информация.

Правда, на этом кадровые перестановки в ГРУ не закончились, и связано это было прежде всего с личностью Н.С.Хрущева. Дело в том, что в конце 1957 г. между ним и министром обороны маршалом Г.К.Жуковым возник конфликт. И для того, чтобы беспрепятственно снять Жукова с поста министра обороны, Хрущев в октябре 1957 г. направил его с официальным визитом в Югославию, где в то время советского посольства не было. В отсутствие Жукова в Москве провели партполитактив Министерства обороны, на котором отставка Жукова была фактически решена. Однако начальник ГРУ Штеменко — ставленник Жукова — сумел предупредить опального министра о грозящей ему опасности. Этого ему Хрущев не простил.

На октябрьском 1957 г. Пленуме ЦК КПСС Жукова обвинили с бонапартизме, стремлении к неограниченной власти и потере скромности. Но среди выдвигаемых обвинений были и касающиеся деятельности ГРУ. Впрочем, есть смысл предоставить слово самим обвинителям. Из доклада на Пленуме М.А.Суслова:

"Еще об одном факте хочу рассказать вам, о факте, показывающем, как тов. Жуков игнорирует Центральный Комитет. Недавно Президиум ЦК узнал, что тов. Жуков без ведома ЦК принял решение организовать школу диверсантов в две с лишним тысячи слушателей. В эту школу предполагалось брать людей со средним образованием, окончивших военную службу. Срок обучения в ней 6-7 лет, тогда как в военных академиях составляет 3-4 года. Школа ставилась в особые условия: кроме полного государственного содержания, слушателям школы рядовым солдатам должны были платить стипендии в размере 700 рублей, а сержантам — 1000 рублей ежемесячно. Тов. Жуков даже не счел нужным информировать ЦК об этой школе. Об ее организации должны были знать только три человека: Жуков, Штеменко и генерал Мамсуров, который был назначен начальником этой школы. Но генерал Мамсуров как коммунист счел своим долгом информировать ЦК об этом незаконном действии министра".

_________________
"За Великую Святую Русь в Боге славную, За Веру, Соборность и Отечество!
Русь, веру крепи православную!"


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 22-03, 04:18 
Не в сети
ст. лейтенант
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 29-12, 15:45
Сообщения: 183
Откуда: где угодно вольному воля, невольному рай
Из доклада на Пленуме Н.С.Хрущева:

"Относительно школы диверсантов. На последнем заседании Президиума ЦК мы спрашивали тов. Жукова об этой школе. Тов. Малиновский и другие объяснили, что в военных округах разведывательные роты и сейчас существуют, а Центральную разведывательную школу начали организовывать дополнительно, и главное без ведома ЦК партии. Надо сказать, что об организации этой школы знали только Жуков и Штеменко. Думаю, что не случайно Жуков опять возвратил Штеменко в разведывательное управление. Очевидно, Штеменко ему нужен был для темных дел. Ведь известно, что Штеменко был информатором у Берии — об этом многие знают и за это его сняли с работы начальника управления...

Возникает вопрос: если у Жукова родилась идея организовать такую школу, то почему в ЦК не скажешь? Мы бы обсудили и помогли это лучше сделать. Но он решил: нет. Мы это сами сделаем: я — Жуков, Штеменко и Мамсуров. А Мамсуров оказался не Жуковым и не Штеменко, а настоящим членом партии, он пришел в ЦК и сказал: не понимаю в чем дело, получаю такое важное задание и без утверждения в ЦК. Непонятно, говорит он, почему об этом назначении должен знать только министр обороны. Вы знаете что-нибудь об этой школе? Мы ему говорим: мы тоже первый раз от вас слышим. Можете себе представить, какое это производит впечатление на человека.

Неизвестно, зачем нужно было собирать этих диверсантов без ведома ЦК. Разве это мыслимое дело? И это делает министр обороны с его характером. Ведь у Берия тоже была диверсионная группа, и перед тем, как его арестовали, Берия вызвал группу своих головорезов. Они были в Москве, и если бы его не разоблачили, то неизвестно, чьи головы полетели бы.

Тов. Жуков, ты скажешь, что это больное воображение. Да, у меня такое воображение".

В результате решением Пленума Жуков был освобожден от должности министра обороны, а Штеменко снят с должности начальника ГРУ и назначен зам. командующего войсками Приволжского военного округа с понижением в звании до генерал-лейтенанта. Тогда же начальником ГРУ (в октябре 1957 г.) вновь стал М.А.Шалин, которого в декабре 1958 г. сменил выдвиженец Хрущева генерал армии И.А.Серов.

Если же говорить о конкретных операциях ГРУ в данный период, то они велись, главным образом, против США и стран НАТО. Причем география их проведения охватывала практически весь мир.

В США разведка велась как легально, так и нелегально. Так, долгое время в США действовала разведчица-нелегал ГРУ капитан Мария Доброва, участница гражданской войны в Испании. По возвращении в Москву ее направили на работу в военную разведку и после соответствующей подготовки командировали в США. Легализовалась Доброва в Нью-Йорке, где открыла косметический салон, вскоре он стал популярным — его посещали многие высокопоставленные представители военных, политических и деловых кругов. К сожалению, в 1962 г. Доброву арестовали агенты ФБР. Им ее выдал заместитель резидента ГРУ в Нью-Йорке Д.Поляков, ставший в ноябре 1961 г. на путь предательства. В ФБР ее попытались перевербовать, но она предпочла покончить жизнь самоубийством.

Кроме того, в США удалось завербовать весьма ценных агентов. Один из них — писарь военно-морской базы в Нью-Порте Корнелиус Дрюммонд, завербованный в Лондоне. Он передавал своему оператору секретную информацию по американским средствам ПВО, за что получил в общей сложности 48 тысяч долларов. Правда, в сентябре 1962 г. в результате предательства Д.Полякова его арестовали и приговорили к пожизненному заключению.

Другим важным агентом ГРУ в США в тот период являлся Джек Э.Данлап, о котором стоит рассказать более подробно. Он родился в 1928 г., и в дальнейшем связал свою судьбу с армией. За воинскую доблесть и преданность своему долгу во время войны в Корее его наградили орденом "Пурпурное сердце" и медалью "Бронзовая звезда". В 1958 г. Данлап становится шофером генерал-майора Гаррисона Б.Ковердейла, начальника секретариата штаба АНБ. В его обязанности входила доставка секретных документов в различные подразделения АНБ, благодаря чему он получил редкую возможность выезжать за пределы Форт-Мида, не проходя досмотра. Зная об этом, отдельные сотрудники АНБ (по некоторым данным, не меньше шести человек) воспользовались услугами Данлапа для того, чтобы вывести с работы домой служебные пишущие машинки и кабинетную мебель. Это обстоятельство значительно расширило круг его знакомых в АНБ.

Однако, будучи женатым и имея семерых детей, Данлап был по природе большим жизнелюбом и постоянно нуждался в деньгах. Поэтому поздней весной 1960 г. он пришел в советское посольство в Вашингтоне и предложил продать документы АНБ. Принявший Данлапа сотрудник ГРУ, работавший под дипломатическим прикрытием, сразу оценил открывшиеся перспективы и немедленно выплатил ему аванс, обговорив условия дальнейшей связи. Сведения, поступающие от Данлапа, имели огромную ценность. Так, с его помощью были получены различные наставления, математические модели и планы НИОКР по самым секретным шифровальным машинам АНБ. Передал Данлап и документы ЦРУ, касающиеся оценки численности и состава советских войск в Восточной Европе, и прежде всего в ГДР. Летом 1960 г. Данлап неожиданно разбогател. На полученные от ГРУ деньги он купил прекрасно оборудованную моторную крейсерскую яхту и несколько дорогих автомобилей. И хотя его оклад в АНБ составлял всего 100 долларов в неделю, столь дорогие покупки никого не удивили. Более того, любовница Данлапа знала, что он регулярно посещает какого-то бухгалтера и возвращается от него с толстыми пачками банкнот. Позднее было установлено, что всего Данлап получил от ГРУ 60 тысяч долларов.

Первые подозрения в отношении Данлапа возникли скорее всего в начале 1963 г., после того как он из опасения, что по окончании срока службы его могут перевести в другое место, решил стать гражданским служащим. Дело в том, что все гражданские служащие, поступавшие на работу в АНБ, проверялись на полиграфе (детекторе лжи). Но во время проверки Данлап признался "в мелких хищениях и фактах аморального поведения". В результате в отношении Данлапа было начато расследование, которое установило, что его расходы не соответствуют доходам. Поэтому в мае 1963 г. он был переведен в службу суточного наряда Форт-Мида.

Понимая, что кольцо вокруг него сжимается, Данлап 14 июня 1963 г. попытался покончить с собой при помощи снотворного. Но эта попытка оказалась неудачной. 20 июля он повторил попытку самоубийства при помощи револьвера, но вмешательство приятелей и на этот раз спасло ему жизнь. И лишь третья попытка удалась. 22 июля он подсоединил кусок резинового шланга к выхлопной трубе своей машины, второй конец просунул в щель правого переднего окна, завел мотор и отравился выхлопными газами. Через три дня его со всеми воинскими почестями похоронили на Арлингтонском национальном кладбище. Вполне возможно, что о предательстве Данлапа так никто бы никогда и не узнал, если бы через месяц после смерти его вдова не обнаружила в доме тайник с совершенно секретными документами, которые он не успел передать своему оператору. Она незамедлительно принесла их в АНБ. Началось расследование, установившее факт сотрудничества Данлапа с ГРУ.

Версий по поводу причин провала Данлапа и его внезапного самоубийства существует множество. По одной из них, считающейся наиболее достоверной, его выдал американцам Д.Поляков. Но при ближайшем рассмотрении она не выдерживает критики. Поляков работал в нью-йоркской резидентуре ГРУ заместителем резидента и отвечал за обеспечение нелегалов, а Данлапа вела вашингтонская резидентура. Учитывая жесткие правила работы с агентами, особенно столь ценными, трудно предположить, что заместитель резидента в Нью-Йорке мог вообще знать о существовании агента в АНБ, оператор которого работал в Вашингтоне.

По другой версии, Данлапа стали подозревать после того, как он повредил спину во время парусной регаты. Медицинскую помощь Данлапу тогда оказали в госпитале Форт-Мида, где под действием успокоительных лекарств он мог непроизвольно сказать что-нибудь, показавшееся подозрительным. Так или иначе, но истинные причины смерти Данлапа неизвестны до сих пор.



Весьма продуктивно действовали сотрудники ГРУ и в странах Западной Европы. Например, очень активно работала военная разведка Австрии, где в период с 1945 по 1955 г. размещалась Центральная группа войск Советской Армии. И хотя послевоенная Вена считалась одним из главных центров международного шпионажа, сотрудникам ГРУ в Австрии пришлось налаживать работу практически с нуля.

Однако уже в скором времени были достигнуты определенные успехи. Удалось, например, завербовать архивариуса Государственного архива Австрии бывшего майора вермахта Ганса Нильке. С его помощью в Москве долгое время могли отслеживать все мероприятия австрийского правительства, так как по действующим в Австрии законам один экземпляр всех государственных документов в обязательном порядке направлялся в архив. Другим агентом ГРУ в Вене в это время был дипкурьер Министерства иностранных дел Австрии, бывший старший лейтенант вермахта Франц Крафт. Его привлекли к сотрудничеству с помощью одного из друзей офицера разведуправления штаба Центральной группы войск Паппе, сотрудника полиции 1-го района Вены. Ф.Крафт продолжительное время передавал своему оператору для перлюстрации ценные материалы, получая при этом весьма умеренное вознаграждение.

Разумеется, с территории Австрии велась разведка и против других западноевропейских государств. Например, секретные материалы французского МИД венская резидентура ГРУ получала от своего агента Жана Пьери, унтер-офицера охраны верховного комиссара Франции в Австрии, завербованного подполковником Аркадием Петровым на почве совместной любви к охоте. А материалы по войскам США в Австрии добывал агент Алекс Вольф, живший неподалеку от американского штаба в Зальцбурге.

Под видом скупщика макулатуры он познакомился с сержантом, доставляющим на свалку подлежащие уничтожению бумажные отходы канцелярии и договорился об ее дальнейшей "переработке". В результате Вольф получил возможность передавать своему оператору в Вену всевозможные черновики, брошюры и книги, содержащие весьма ценные материалы. Таким образом, например, была впервые получена инструкция по противоатомной защите Зальцбурга и других городов американской зоны оккупации Австрии и Западной Германии.

Впрочем, в работе с агентурой иногда случались и провалы. Так, агент "Серватиус", работавший в Западной Германии и доставлявший в Вену материалы по созданию вооруженных сил ФРГ, был при помощи военной контрразвеки разоблачен как "двойник". Но все же наибольший ущерб операциям ГРУ в Австрии нанес другой предатель, сотрудник венской резидентуры ГРУ П.Попов, предложивший в 1953 г. свои услуги ЦРУ. Работая до 1954 г. в Вене, а с 1955 по 1958 г. в ГДР, Попов передал своему оператору Дж.Казвальтеру огромное количество секретных документов советской военной разведки и выдал, по некоторым данным, около 400 агентов. Однако, несмотря на все ухищрения Попова 18 февраля 1959 г. арестовали и в 1960 г. приговорили к расстрелу.



Не менее активно действовали сотрудники ГРУ и в ГДР, где размещалась Группа советских войск в Германии (ГСВГ). Главной задачей разведуправления ГСВГ являлся сбор информации о планах и конкретных действиях военного командования США, Англии, Франции и других стран НАТО в ФРГ, а также о бундесвере. Работу разведуправления ГСВГ значительно облегчала возможность для жителей ГДР свободной эмиграции в ФРГ. Иногда количество выезжавших достигало трех тысяч человек в месяц. Кроме того, в западных зонах оккупации находились советские военные миссии. Благодаря этому деятельность агентов-маршрутников и связников была связана с меньшим риском и большими возможностями.

Так же, как и в Австрии, разведуправление ГСВГ организовало на коммерческой основе переброску из ФРГ бумажных отходов из американских штабов, причем этот канал действовал до вывода советских войск из Германии. Были завербованы и ценные агенты. Один из них — депутат бундестага ФРГ, поставлявший весьма ценную информацию, другой — сержант армии США, служивший начальником секретной части и передававший за материальное вознаграждение важные оперативные документы, в том числе и план нанесения ядерных ударов в случае начала военных действий против СССР и его союзников.

В 1957 г. по предложению начальника оперативной разведки ГРУ генерал-лейтенанта М.А.Кочеткова разведуправление ГСВГ провело весьма интересную операцию, закончившуюся, правда, неудачно. Вот как о ней рассказывает генерал-майор ГРУ В.Никольский, в то время — зам. начальника управления разведки штаба ГСВГ:

"Был составлен план использования находящихся на консервации агентов внутрилагерной осведомительной сети из числа бывших военнопленных, которых освободили из советских лагерей и направили на жительство в Западную Германию. Очень простой и логичный проект, реализация которого сулила существенное усиление наших агентурных позиций в ФРГ.

Архивы КГБ СССР с делами на этих агентов в ту пору располагались в здании Лефортовской тюрьмы. Руководство Комитета госбезопасности быстро откликнулось на просьбу генерала Кочеткова, после чего в архив направили группу офицеров военной разведки, которым поручили изучить дела и подобрать наиболее подходящие кандидатуры для восстановления связи ...

Среди агентов были генералы и рядовые, нацисты и бывшие социал-демократы и коммунисты, протестантские и католические священники, дворяне и рабочие, старики и семнадцатилетние юнцы, призванные по тотальной мобилизации ...

Из многих тысяч дел мы отобрали около ста на тех бывших осведомителей, которые показались нам в свете задач, поставленных перед военной разведкой, наиболее перспективными. Все они были офицерами с высоким положением в обществе и интересными связями в Западной Германии. Кроме того, эти кандидаты больше других скомпрометировали себя в глазах германских властей, дав развернутые показания на многих нацистских военных преступников, осужденных советскими судами на длительные сроки заключения.

Короче говоря, задуманная операция, назовем ее условно "Реанимация", вроде бы сулила успех. Но наши радужные расчеты, к сожалению, не оправдались. Связники, посланные в ФРГ, чтобы восстановить контакты с законсервированными агентами, вернулись обратно ни с чем. Одни бывшие внутрилагерные осведомители без долгих разговоров пытались передать наших посланцев полиции. Другие категорически отказывались работать с советской разведкой и в ответ на попытку принудить их к этому пригрозили немедленно донести на связников немецким властям. Третьи срочно сменили адрес или уехали за границу. А один бывший осведомитель даже покончил жизнь самоубийством после посещения его нашим человеком.

Надо признать: акция "Реанимация" окончилась для нас полным провалом. И случилось это в первую очередь по нашему недомыслию. Дело старое, чего греха таить, разведуправление упустило из виду, что в ФРГ обстановка вокруг военнопленных резко изменилась. В 1956 г. боннский канцлер Конрад Аденауэр инициировал принятие парламентом широко разрекламированного закона. В соответствии с ним амнистировались все лица, совершившие преступления против германского государства в период пребывания в плену у противника".



Большое внимание уделяло ГРУ и скандинавским странам, особенно Норвегии, которая являлась членом НАТО. Здесь значительных успехов достиг сотрудник военно-морской разведки ГРУ Евгений Михайлович Иванов. Он родился в 1926 г. в Пскове. Его отец был офицером Красной Армии, а мать — дворянкой из рода Голенищевых-Кутузовых. Иванов, как и отец, связал свою судьбу с армией, где его пригласили на работу в ГРУ и после окончания в 1953 г. Военно-дипломатической академии командировали в Норвегию в легальную резидентуру военной разведки, которой руководил М.М.Пахомов.

В Осло Иванов проработал почти пять лет, и за это время успел завербовать двух офицеров норвежских ВМФ — они передавали ему ценную информацию по НАТО. Но мировую известность он получил не за эти вербовки, а за участие в так называемом "скандале Профьюмо", разразившимся в 1963 г. в Лондоне (о нем будет рассказано чуть позже). Впрочем, и в Норвегии у Иванова складывались забавные ситуации, о которых он не без юмора поведал в своей вышедшей в 1992 г. в Лондоне книге "Шпион в голом виде". Вот один отрывок из нее:

"— Евгений Михайлович, а зачем Вы ходите на курсы игры в бридж? Ну, я понимаю, когда нужно выучить язык или освоить вождение автомобиля. А в карты-то вам зачем учиться играть, да еще на государственные деньги?

Я никогда не забуду этот напрямик поставленный мне полунаивный вопрос молоденького стажера в советском посольстве в Норвегии, которого мне было поручено опекать. Парнишка был явно озадачен тем, как я усердно заучивал правила игры в бридж, готовясь к практическим занятиям на курсах. У бухгалтера посольства дотошный стажер узнал, сколько стоят эти занятия. Услышав сумму, превышающую его двухнедельный скромный оклад, стажер пришел в еще большее смятение. Юный Пинкертон усмотрел в этом моем расточительстве нечто вредительское, антигосударственное и хотел во что бы то ни стало вывести меня на чистую воду. Тем бдительным и наивным по молодости лет пареньком был Володя Грушко, в середине 50-х гг. стажер в советском посольстве в Норвегии, а три десятилетия спустя первый заместитель председателя КГБ".

Однако наиболее важным агентом ГРУ в Скандинавии в 1950-е гг. являлся полковник шведского генерального штаба Стиг Эрик Констанс Веннерстрем. Он родился в 1906 г. в состоятельной семье, был мастером спорта, отличным пилотом, владел многими иностранными языками, в том числе и русским. Его жена была дальней родственницей шведского короля Густава VIII Адольфа, что немало способствовало его военной карьере. Будучи военным атташе в Москве, Веннерстрем, как и многие другие молодые люди с Запада, проникся симпатией к русскому народу. Но работать на ГРУ он стал в 1949 г., когда занимал пост военного атташе Швеции в Вашингтоне.

Передаваемая Веннерстремом информация носила исключительно важный характер, особенно в части, касавшейся стран НАТО и США. Дело в том, что шведские вооруженные силы не доставляли особых хлопот советской военной разведке — почти всю информацию о них можно было получить из открытых источников. А положение Веннерстрема давало ему возможность передавать своим операторам секретные документы, относящиеся к США, Англии, ФРГ, НАТО. И это неудивительно, учитывая, что он пять лет провел в Вашингтоне, а потом возглавлял в министерстве обороны Швеции отдел вооружений военно-воздушных сил. Так, он раздобыл материалы по новейшей американской ракете "Хок". Кроме того, от него регулярно поступала важная оперативная информация. Например, во время Карибского кризиса он передавал очень ценные сведения о приведении в состояние боевой готовности ВМС США и выходе их в Атлантический океан с целью блокады Кубы.

Однако следует отметить, что при контактах со своими операторами Веннерстрем часто пренебрегал элементарными правилами конспирации. Ему ничего не стоило позвонить среди ночи советскому военному атташе в Стокгольме и попросить его о немедленной встрече или утром по пути на работу заехать за ним домой и отвезти в советское посольство. На все просьбы, уговоры и даже выговоры он отвечал, что как начальнику секции Командной экспедиции МО Швеции (так назывался отдел МО, осуществлявший контакты с иностранными военными атташе и выполнявший функции военной разведки и контрразведки) ему совершенно нечего бояться. Кроме того, любил говорить Веннерстрем, связи советского военного атташе контролируются им лично.

В 1961 г. Веннерстрему исполнилось 55 лет, и по существующим законам он вышел на пенсию. Ему предложили две гражданские должности — консула в Испании и советника по вопросам разоружения в МИДе. Было бы рационально направить его в Испанию, но в Москве рассудили иначе и потребовали, чтобы он продолжал работу в Швеции. Однако в Центре не учитывали, что после увольнения из армии Веннерстрем уже не имел прежних возможностей, и продолжали ставить перед ним задачи военного характера. Теперь же требуемую информацию ему приходилось добывать окольными путями, что неизбежно должно было привлечь к нему внимание контрразведки. Кроме того, он уже не мог, как раньше, свободно посещать дипломатические приемы, что затрудняло контакты с ним. Поэтому в Центре решили, что оператором Веннерстрема вместо военного атташе В.Никольского будет Г.Барановский, имевший более низкий дипломатический ранг.

Но все эти предосторожности не спасли Веннерстрема от провала. И во многом здесь виновато руководство ГРУ. Перед увольнением из армии Веннерстрема пригласили в Финляндию на конспиративную встречу с заместителем начальника ГРУ генерал-лейтенантом П.Мелкишевым. Повод для встречи был пустяковый: П.Мелкишев хотел поблагодарить Веннерстрема за проделанную работу. А ведь это с таким же успехом мог сделать на месте, в Стокгольме, и Никольский. Но главная ошибка заключалась в том, что для встречи с Веннерстремом Мелкишев воспользовался квартирой заместителя резидента КГБ в Хельсинки А.Голицына, который в декабре 1961 г. бежал в США. Так, шведская контрразведка получила первый сигнал о советском "кроте" в министерстве обороны.

Второй сигнал о "кроте" поступил в Швецию из Англии. Дело в том, что всю разведывательную информацию о новых западных вооружениях ГРУ передавало тем, кто в ней больше всего был заинтересован — советскому ВПК. Поэтому поступавшие от Веннерстрема документы попадали и в Комитет по науке и технике, где с 1960 г. работал небезызвестный О.Пеньковский. И, когда в 1961 г. он предложил свои услуги англичанам, они достаточно быстро установили, что данные о новейших образцах западного оружия поступают в СССР из Швеции.

Таким образом, кольцо вокруг Веннерстрема начало сжиматься. Дотошные бухгалтеры из контрразведки подсчитали, что за год расходы Веннерстрема превысили его доходы на 17 тысяч крон. (ГРУ выплачивало ему довольно скромную сумму — около 3000 крон в месяц, но его постоянные разъезды по Европе по заданию резидентуры требовали больших расходов). После этого контрразведка внедрила в его дом своего агента под видом горничной, а домоправительница на соседней вилле и садовник были заменены сотрудниками наружного наблюдения. Но полностью изобличить Веннерстрема в шпионаже контрразведка смогла только тогда, когда ее агенту удалось выкрасть из его дома фотопленку "Щит" с переснятыми им накануне секретными документами. Ждать дальше не имело смысла, и 20 июня 1960 г. Веннерстрем арестовали по обвинению в шпионаже в пользу СССР.

Улики, предъявленные Веннерстрему, были неопровержимы, и ему ничего не оставалось делать, как признать свою вину. Назвал он и своих последних операторов — В.Никольского и Г.Барановского. Правительство Швеции немедленно объявило их персонами "нон грата", и на следующий день они на сухогрузе "Репнино" покинули Стокгольм. Суд приговорил Веннерстрема за шпионаж к пожизненному заключению. В своем последнем слове Веннерстрем отрицал свою вину и заявил, что история рассудит, был ли он прав, борясь вместе с русскими за мир. В конце 1980-х гг. Веннерстрема, достигшего весьма преклонного возраста, освободили, и он написал о своей работе на ГРУ мемуары.

Разумеется, разведывательная работа в Швеции велась и легально. Здесь имелись определенные успехи и особенно в научно-технической области. Так, в 1961 г. с помощью агента-шведа резидентуре ГРУ в Стокгольме удалось закупить в США лабораторию по изготовлению микромодулей. Из Швеции ее по частям переправили в Финляндию, а оттуда в СССР. По оценке специалистов, добытое оборудование позволило сэкономить одному московскому институту порядка 1,5 млн. рублей. Сотрудника резидентуры, отвечавшего за эту операцию, наградили орденом Красного Знамени.

Впрочем, и на этом направлении деятельности разведки не всегда все шло гладко. И чаще всего из-за слабой координации в работе бюрократического государственного аппарата. Примером тому может служить следующий эпизод, о котором рассказал военный атташе и резидент ГРУ в Швеции в 1960-1963 гг. В.Никольский:

"Однажды я получил из центра указание приобрести два клистрона — деталь, необходимую для запуска ракет и, естественно, запрещенную для экспорта в социалистические страны. Обошлись они нам по 4 тысячи долларов каждый. В последний момент перед отправкой из центра приходит указание: один клистрон за ненадобностью вернуть. Но сделать это было уже невозможно! Покупали мы их через подставных лиц, потому что за такую операцию торговца могли запросто упрятать за решетку. Но в центре наши доводы не принимались и расходы на покупку второго клистрона не утверждались. Стоимость проклятой детали равнялась двум моим годовым окладам. Попытки предложить второй клистрон чехам и полякам ни к чему не привели. Случайно я спросил нашего торгпреда Б.И.Харченко, не нужен ли кому клистрон. Он запросил министерство внешней торговли и мгновенно получил ответ: "Нарочным выслать деталь в Москву. Примите срочные меры для закупки еще 5 штук, крайне необходимых нашим институтам".

Если же оценивать деятельность резидентуры ГРУ в Стокгольме в 1950-1960-е гг. в целом, то следует сказать, что, несмотря на все трудности, ее сотрудники регулярно направляли в Москву большое количество важной информации. Это прежде всего касается материалов о военных планах и намерениях государств — членов НАТО, данных о новых образцах вооружений их армий, сведений о военно-промышленном потенциале стран Североатлантического блока, образцов боевой техники, особенно из области радиоэлектроники и телемеханики.

_________________
"За Великую Святую Русь в Боге славную, За Веру, Соборность и Отечество!
Русь, веру крепи православную!"


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 25-07, 03:11 
Не в сети
капитан
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 17-03, 01:37
Сообщения: 204
Откуда: всюду
vrazvedka.ru писал(а):
5-ое направление ГРУ (Специальная разведка).

Интересует вот такой вопрос. Кто был начальником направления по работе с частями СПЕЦНАЗ?

февраль 1936 - апрель 1938 года - бригадный комиссар ТУМАНЯН Гай Лазаревич (1910-1971). Участник большевистского подполья и боевых дружин в Грузии. С 1924 года в РККА на политической работе. Участвовал в ликвидации бандформирований на территории Чеченской республики. В 1929 году закончил восточный факультет Военной академии им.Фрунзе и направлен в Отдельную Краснознаменную Дальневосточную Армию. В 1929-1930гг участвовал в советско-китайском военном конфликте. С 1930г в РУ РККА. С 1930 по 1934гг работал в Китае. С 1935 по 1938гг начальник специального отделения РУ РККА. Участвовал в гражданской войне в Испании. С 1938 г военный комиссар Военно-инженерной академии РККА. Во время ВОВ – начальник политотдела, партийный функционер Военного совета танковой армии. Генерал-лейтенант.

апрель 1938 - май 1939 года - полковник. МАМСУРОВ Хаджи-Умар Джиорович (1903-1968). С 1918 г в РККА. В годы Гражданской войны в составе частей особого назначения ВЧК участвовал в ликвидации бандформирований на территории Чеченской и Ингушской республик. С 1935 года после окончания Разведывательных курсов – в специальном отделении “А” РУ РККА. Участник Гражданской войны в Испании. С началом Великой Отечественной войны на фронте, командир 311 стрелковой дивизии. При обороне Ленинграда ранен. С ноября 1941 года по январь 1942 года в качестве начальника Особой группы ГРУ Генерального штаба Красной Армии руководил организацией и подготовкой диверсионно-партизанских формирований для действий на оккупированной территории. Начальник Южного штаба партизанского движения, помощник начальника Центрального штаба партизанского движения – начальник оперативного отдела, командир 2-й гв. Кавалерийской дивизии. Командовал дивизией, корпусом, армией. С 1957 по 1968гг заместитель начальника ГРУ ГШ. Герой СССР (1945). Генерал-полковник.

1939 год - ТРОЯН Василий Абрамович (1906 - ?). В 1937-1939гг участвовал в гражданской войне в Испании. С 1939г в РУ РККА. Службу проходил в должности начальника отделения отдела “А”.

С февраля по июнь 1941 года - начальник специального (диверсионного) отдела “А” РУ Генерального штаба Красной Армии КОЛГАНОВ Константин Степанович (1896 -?) На военной службе в русской армии с 1915 года. Участник Первой мировой войны. В 1917 году закончил Омскую школу прапорщиков. С 1918г в РККА. После Гражданской войны командовал полком, дивизией, корпусом. В 1939г участвовал в походе по освобождению Западной Украины. В 1940г назначен начальником отдела Управления боевой подготовки РККА. С 1941г в РУ РККА. С февраля по июнь 1941 г – начальник специального (диверсионного) отдела “А” Генерального штаба Красной Армии. В последующем проходил службу в Главном управлении кадров НКО. Генерал-майор.

с января 1942 года по июнь 1943 года - ПАТРАХАЛЬЦЕВ Н.К. возглавлял диверсионный отдел ГРУ

1946 - 1947 год - ТРОЯН Василий Абрамович (1906 - ?). В 1937-1939гг участвовал в гражданской войне в Испании. С 1939г в РУ РККА. Службу проходил в должности начальника отделения отдела “А”. С началом ВОВ в составе Особой группы РУ ГШ КА занимался организацией подготовки диверсионно-партизанских формирований для действий на оккупированной территории. В 1942-1943гг старший помощник начальника диверсионного отдела ГРУ ГШ. В последующем – в составе советской военной миссии в Югославии. После окнчания ВОВ в ГРУ ГШ. В 1946-1947гг начальник специального (диверсионного) отдела ГРУ. В последующем – на преподавательской работе.

1950 - 1953 год - полковник СТЕПАНОВ Павел Ильич (1910 - ?). С 1927г в РККА. В 1931г закончил Ленинградскую артиллерийскую школу. В 1932г поступил и в 1937г закончил Артиллерийскую академию РККА. Проходил службу помощником военного представителя на военном заводе. С 1939 г в отделе военно-технической разведки РУ РККА. С началом ВОВ авполнял специальные задания в составе разведывательных отделов штабов Отельной Приморской армии и 51-й армии, оперативной группы ГРУ ГШ на Западном направлении. С июля 1942 года до окончания войны – начальник разведки 8-й армии. После окончания войны проходил службу в ГРУ ГШ, находился в зарубежной командировке. В 1950-51 и 1952-53гг – начальник направления по руководству отдельными ротами специального назначения 2 Главного управления ГШ. В 1953 г в связи с сокращением ВС уволен в запас. Полковник.

1953 - 1957 год - генерал-майор БАНОВ Иван Николаевич (1916 – 1982). С 1935 г в РККА. Военную службу проходил в войсках Белорусского военного округа на должностях командира взвода, помощника начальника разведывательного отеделения штаба дивизии. С началом ВОВ – командир диверсионно-десантного отряда разведывательного отдела штаба Брянского фронта. С июля 1942 года по октябрь 1944 года в тылу противника на оккупированной территории Белоруссии в качестве заместителя командира и командира 1-й обрСпН, начальника оперативного разведывательного центра. В 1949 г закончил Военную академию им.Фрунзе. Был назначен заместителем начальника направления по руководству ротами специального назначения 2 Главного управления ГШ. В 1951-1952гг исполнял должность начальника направления. С 1953 по 1957гг руководил ротами специального назначения. В 1960г убыл в зарубежную командировку. По возвращении – на преподавательской работе. Начальник факультета Военной академии. Герой СССР. Генерал-майор.

с января 1958 - 1968 год - руководителем направления специальной разведки (соединениями и частями СпН) назначен генерал-майор ПАТРАХАЛЬЦЕВ Н.К., прослуживший на этой должности до 1968 года. Патрахальцев Николай Кириллович (1908 – 1998). В РККА с 1932 года. В 1937-38гг участвовал в гражданской войне в Испании. С 1938 года в РУ РККА. С 1938 года по 1940г заместитель начальника специального отделения «А”. В 1939-1940гг в составе оперативной группы РУ РККА участвовал в советско-финской войне. В 1940-1941гг в специальной командировке в Румынии. С января 1942 года по июнь 1943г возглавлял диверсионный отдела ГРУ, в последующем находился в специальной командировке в Югославии. После окончания Высших академических курсов находился в зарубежной командировке. В 1949-1950гг руководил подготовкой специалистов для диверсионно-партизанских формирований. С 1952 года на преподавательской работе. С января 1953 г начальник агентурно-диверсионного направления, в последующем преобразованного в направление специальной разведки. С 1968 года на преподавательской работе. Генерал-майор.

1968 - 1970 год - ГОЛИЦЫН Павел Агафонович (1922гр) В Красной Армии с 1940г. Командир мотоциклетного взвода. Оказавшись в окружении, участвовал в организации партизанского отряда. До 1944 года в составе партизанской бригады «Чекист” на должности командира разведывательного взвода и начальника разведки бригады. В 1944г направлен на Высшие разведывательные курсы.
В 1945г. Направлен в Приморскую группу войск. Участвовал в войне с Японией. В 1947-1951гг соушатель разведывательного факультета Военной академии им. Фрунзе. С 1951 по 1955гг офицер направления по руководству ротами специалоьного назначения 2 ГУ ГШ. В 1955-1962гг – в ГСВГ на должности старшего офицера по руководству ротами специального назначения РУ штаба группы войск и начальника разведки 20-й армии. В 1962-1968гг – заместитель начальника направления. 1968-1970гг – начальник направления специальной разведки ГРУ. В последующем начальник разведки Прибалтийского военного округа. Находился в специальных зарубежных командировках в качестве начальника военной миссии, военного специалиста и военного советника. Генерал-майор.

1970 - 1972 год - КОЧЕРГИН Александр Федорович В красной Армии с 1941 г. После окончания Томского артиллерийского училища в 1942 г. на фронтах Великой Отечественной войны в артилерийских частях.
в 1949 - 1952 годах слушатель разведывательного факультета Военной академии им. М.В.Фрунзе. Служил в войсках Уральского военного округа.

После окончания в 1958 г. Военной академии Советской армии проходил службу в разведывательном управлении Закавказского военного округа, ГРУ ГШ, находился в зарубежных командировках.
В 1970-1972 гг. - начальник направления специальной разведки. В последующем на преподавательской работе. Начальник кафедры военной академии. Генерал-майор.


1972 - 1977 год - ИСАЧЕНКО Тимофей Алексеевич (1920-1998) В Красной армии с 1939г. После окончания пехотного училища в г. Вышний Волочек в 1941г. - на фронтах Великой Отечественной войны командиром взвода разведывательной роты отдельной моторазведывательной роты 326 сд 10 армии Северо-Западного фронта, помошником начальнка разведки 164 сд 49 армии.
Закончил Высшую специальную школу ГШ в 1946г., Высшие академические курсы ГШ в 1947г. После учебы проходил службу в войсках Одесского военного округа на должностях начальника разведки дивизии, старшего офицера разведывательного отдела армии, старшего офицера и начальника 1-го отдела разведывательного управления штаба округа. В последующем начальник разведки СГВ и ЮГВ.
В 1972-1977 гг. начальник направления специальной разведки. Генерал-майор.

1977 - 1982 год - ЛАВРЕНОВ Николай Николаевич (1928-1997) В Вооруженных Силах с 1948 г. Военную службу начал курсантом пехотного училища. После его окончания проходил службу в частях специального назначения. В 1963 г. закончил Специальные курсы Военной академии Советской армии и назначен старшим офицером отдела специальной разведки разведывательного управления штаба Прибалтийского военного округа. В 1972-1975 гг. в специальной командировке. С 1975 г. в ГРУ ГШ. В 1975-1977гг. - заместитель начальника направления специальной разведки.
В 1977-1982 гг. - начальник направления специальной разведки. Полковник.

1982 - 1992 год - Василий Васильевич КОЛЕСНИК, генерал-майор. 1935 года рождения. Суворовец с 1945 года. Офицерскую службу начал в 1956 г. в должности командира взвода отдельной роты специального назначения Дальневосточного военного округа. В частях специального назначения прошел путь от командира взвода до командира бригады. Закончил Военную академию им.Фрунзе и Военную академию Генерального штаба. Возглавлял направление специальной разведки ГРУ. Звание Героя СССР присвоено 28 апреля 1980г. Уволен из ВС в 1992.
Умер 30.10.2002 в Москве.

с января по июнь 1992 года - ГЕРАСИМОВ Дмитрий Михайлович, родился 14 июля 1946 года. В Вооруженных Силах с 1965 г. Военную службу начал курсантом военного училища. Окончил ташкентское высшее танковое командное училище. После окончания училища проходил службу в соединениях СпН на различных должностях, в том числе командира отряда СпН, начальника штаба и командира бригады.
С 19.07.83 по 10.07.87 – полковник Герасимов Дмитрий Михайлович командовал 22-й обрСпН в Афганистане. За мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга, награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды, «За военные заслуги», другими государственными наградами Советского Союза, России и Афганистана.

С 1987 по 1988гг Герасимов Дмитрий Михайлович командует 5-й обрСпН.
Закончил в 1978г Военную академию имени М.В.Фрунзе и в 1990 г - Академию Генерального штаба ВС РФ. С 1990 г – в ГРУ ГШ ВС. Проходил службу в направлении специальной разведки. С января по июль 1992 года – начальник направления специальной разведки. С 1992 по 1994 год руководил подразделением «Вымпел». Возглавлял УСО. Был Заместителем руководителя ДБТ – начальником штаба Департамента по борьбе с терроризмом ФСБ. С июля 1999 года в запасе. Генерал-лейтенант.

Двое сыновей, старший Дмитрий – майор Российской Армии, младший Александр – слушатель Академии.

1992 - 1997 год - МАНЧЕНКО Владимир Андреевич. Родился 29 сентября 1947 г. В Вооруженных Силах с 1965г. Военную службу начал курсантом Ташкентского ВОКУ. ПОсле окончания проходил службу в соединениях (частях) специального назначения на должностях командира взвода, роты и отряда специального оружия. После окончания в 1978 г. Военной академии им. М.В.Фрунзе проходил службу на должностях начальника штаба учебного полка и бригады специального назначения, командира бригады специального назначения. С 1988 г. в ГРУ. Проходил службу в направлении специальной разведки. В 1992-1997 г. - начальник направления специальной разведки. Полковник. С 1997 г. офицер запаса.

1997 по 1998 год - КРИВОКОРЫТОВ Евгений Серафимович Родился 2 июня 1948 г. В Вооруженных Силах с 1968 г. Военую службу начал курсантом Киевского ВОКУ. После окончания училища проходил службу в войсках Дальневосточного военного округа на должностях командира взвода, роты и начальника штаба отдельного разведывательного батальона. Закончил в 1982 г. Военную академию им. М.В.Фрунзе, в 1985 г.

С 1985 г в ГРУ. В специальной разведке с 1992г. Проходил службу в направлении специальной разведки. С 1997 по 1998 г. - начальник направления специальной разведки. Полковник. Кандидат военных наук. С 1998 г. офицер запаса.

1998 - полковник ТИШИН Евгений Васильевич,

Бывший командир 16-й обрСпН 1992-1993гг. В настоящее время - офицер запаса.

Далее - рано, видимо...

Был еще такой, но точные даты мне неизвестны (и вообще - все не догма, а стимул к знаниям) -

КОЧЕТКОВ МИХАИЛ АНДРЕЕВИЧ (8.11.1904-3.07.1967), генерал-лейтенант (1945). Родился в г. Балашове Саратовской губ. в семье рабочего; русский. Работал учеником слесаря. В 1917 г. окончил два класса железнодорожной школы и в 1919 г. две группы школы 2-й ступени в г. Балашове.

В РККА добровольно с 1921 г. В 1924 г. окончил пехотное отделение Объединенной командной школы им. ВЦИК. партийный функционер партии с 1925 г. В октябре 1924-мае 1931 г. комвзвода, пом. командира эскадрона, политрук эскадрона. В 1934 г. окончил Восточный факультет Военной академии им. Фрунзе.

В мае 1934-июне 1938 г. пом. начальника пограничного разведывательного пункта Украинского военного округа, одновременно в 1935 г. окончил Курсы усовершенствования по разведке Разведупра РККА, позднее пом. начальника 1-й части штаба 6-й стрелковой дивизии, командир разведывательного дивизиона той же дивизии, начальник учебной части Хлебниковских курсов усовершенствования комсостава запаса. В июне 1938-сентябре 1940 г. преподаватель тактики кафедры службы штабов Военной академии им. Фрунзе.

В сентябре 1940-мае 1941 г. начальник 2-го факультета Высшей специальной (разведывательной) школы Генштаба Красной Армии. В мае-августа 1941 г. находился в распоряжении Разведупра Генштаба. В августе 1941-1943 г. начальник разведотделов Брянского, Западного, Сталинградского и Воронежского фронтов.

С 1943 г. начальник Высшей разведывательной школы Генштаба. После войны занимал должности начальника Высших академических курсов ГРУ, начальника 5-го (диверсионного) и 6-го (оперативного) управлений ГРУ, начальника Военно-дипломатической академии (1953-1957), военного атташе в ГДР. Награжден орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени и многими медалями.

ачальник Специального (диверсионного) отделения "А" Разведупра РККА с 02.1.36 по...04.38-бригадный комиссар Гай Лазаревич Туманян,его зам.( 2.36-6.37)-бригадный комиссар Х.И.Салнынь.

С мая 38го отделение "А" преобразовано в отдел "А",с августа 40г.-в 5й (специальный) отдел Разведупра Генштаба.

Далее:нач. с ...4.38 по...6.41-полковник Мамсуров Хаджи-Умар Джиорович,его зам.-Патрахальцев Н.К.

Патрахальцев стал нач. с ...10.50.

В 1964г. нач. генерал-лейтенант К.Ткаченко.

_________________
«Бог, тебя простит, багословит и молитвами святоотечества, да поможет тебе!»


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 3 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  

cron
Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB